Спасибо КАЙКЕН за её предложение о совместной работе, за терпение и поддержку в процессе её воплощения. Без нее ничего бы и не было. Это история о её лесном гуле Орочи и моей сумасбродной данмерке Райнее. Надеюсь, что все же кому-то это будет интересно.

"Опасность - не повод отказываться от выбраного пути!"
Райнея
"Опасность - путь самоубийц."
Орочи

Глава 1. Утро добрым не бывает.

"Вовремя присвоенное чужое имущество -
ключ к разгадке семейных тайн!"
Приписывается Кресцию Карелию


"Я хорошо помню тот день, когда гнев Азуры обрушился на головы всех нас из-за предательства троих. Хорошо помню смятение и ужас, охватившие всех. Помню, как ложь троих предателей направила волну ярости и ненависти нашего народа на одного, чья вина заключалась лишь в верности данной им другу клятве. И как эта волна почти смела с лица Тамриэля все напоминания о нашем доме, Великом Доме Дагот".



Опять! Опять просыпаюсь в липком поту, опять этот кошмар: тьма, шепот и боль в груди, словно сердце рвут на куски! Сидя на спальнике, мотаю головой, вытрясая из нее остатки кошмара. Почему это происходит со мной?! Почему я не могу как остальные - просто бормотать что-то о грядущем Господине и тихо-мирно махать киркой на возведении непонятного всем святилища? Хотя … После того, как я очнулась от очередного кошмара около святилища на берегу и выдала долгую тираду на родном языке по поводу того, что тело ломило от усталости, да еще я и замерзла, да выдала так, что и остальные «камнетесы» заслушались и бросили работу, больше это не повторялось и просыпалась я теперь на своем спальнике.
***
Я не помню ничего до того момента, как начала спускаться по сходням с корабля на причал. Это оказалось небольшое данмерское поселение Воронья Скала. Сейчас его контролирует дом Редоран, поселение в упадке, единственная шахта, дававшая местным работу, закрыта. Нам, беженцам, не рады, но и не гонят.
Слушаю, что говорят местные вокруг, не забывая при этом жаловаться на слабость, головную боль и ухудшившуюся от этого память. Мне постепенно "напоминают", что я приплыла с Варденфелла вместе с очередными беженцами после взрыва Красной горы, сочувствуют слабому здоровью и советуют не задерживаться здесь надолго и отправляться в Скайрим.
Ну что же, Скайрим так Скайрим, только просто так и нетчи не плодятся, проезд стоит весьма кругленькую сумму золотом. Осматриваю свои пожитки - денег негусто. Значит, придется задержаться здесь, пока не заработаю достаточно. Почему-то мысль о заработке вызывает странное чувство в душе и ироничную усмешку на губах. Но я ведь не могла оказаться здесь в рванье, будь я благородного происхождения?! Или могла? От таких размышлений начинает снова трещать голова как от хорошей порции суджамы. Значит, пора возвращаться к более простым и насущным вещам: чем заняться сегодня, чтобы в конце дня было за что поесть и, возможно, отложить несколько монет в заначку, на дорогу в Скайрим.
Ну, с добрым утром!
***
Я в Вороньей Скале уже несколько недель, за это время я выяснила, могу махать киркой, переплавлять руду, но это не поможет в поселении с закрытой шахтой.
Выходить за пределы поселения и Бастиона я долго не решалась. Но однажды не вернулся на ночевку старатель, что нашел какое-то место недалеко от Вороньей Скалы. Я решила проверить, что случилось, направление из его скупых фраз примерно знала и утром отправилась на поиски.
Поднявшись по тропинке вверх от шахты, столкнулась с каким-то сумасшедшим в лохмотьях. Он что-то бормотал о знаниях, затем бросился на меня. Вот тут и выяснилось, что я могу и оружием махать, именно махать – бестолково и неумело. Отбиться от безоружного помешанного я тогда смогла, но с серьезным противником мне пока лучше не встречаться.
Своего знакомого я вскоре нашла. Его постигла печальная участь любого одиночки – перевернувшаяся тележка с рудой придавила бедолагу, а помочь было некому. Постояв немного над телом, занялась тем, что некоторые моралисты называют – мародерство. Собрала все куски руды, что добыл покойный, нашла еще две жилы, что он не успел разработать, и вдобавок странный валун с вкраплением чего-то зеленоватого, как оказалось, изумрудов.
Это была удача! Пусть и на чужой смерти.
Притащив все добытое «непосильным трудом» в поселение, захотелось попробовать – получится ли сделать что-то кроме простого слитка. В кузнице Мелори с усмешкой уступил место у наковальни. После долгой возни и уймы нецензурных слов у меня получилось золотое кольцо с изумрудом. Вид у кольца так себе, но главное – получилось хоть что-то. С результатом своих трудов направляюсь к торговцу.



Фетис придирчиво рассматривает плоды моего первого опыта в ювелирном деле и изрекает:
- Ты где это откопала?
- Сама сделала. – Гордо отвечаю, как оказывается, зря. Фетис тут же теряет интерес к безделушке.
- Сколько дашь?
- 15 септимов, не больше. – Тон торговца подразумевает, что цену он не изменит.
- Ладно, давай, - «жмот старый» произношу про себя, иначе и этих денег не увижу. Не зря его даже собственная дочь терпеть не может.
Чтобы никто не разглядел закипающих на глазах злых слез, бегу на Бастион.
***
За Бастионом небезопасно. В первый раз, услышав это предупреждение, я самонадеянно решила, что стражник просто смеется надо мной. Но тот лишь покачал головой и поманил меня за собой. С верха Бастиона открывался вид на пепельную пустошь. Почему-то мне это напомнило Эшленд. Стражник показал куда-то вдаль:
- Смотри.
Я перевела взгляд на указываемый стражником куст корней трампа и увидела, как пепел собирается в холмик и из него начинает подниматься странная фигура. Это было похоже на гротескную человеческую фигуру и это было бы забавно, если бы существо, обернувшись на мой возглас, не запустило в нашу сторону хороший такой фаербол, тянущий как минимум на огненную стрелу! Глядя на мое ошарашенное лицо, стражник сказал без всякого намека на насмешку:
- Во так-то …
После этого развернулся и пошел дальше патрулировать по своему маршруту. Я постояла еще немного на стене, пытаясь понять, что же мне напоминает этот уродец, а тот так и стоял, пялясь на меня и тихо рыча. И почему мне кажется, что это существо похоже на корпусного больного?
Кстати, Бастион заслуживает отдельного упоминания. Огромная стена из камня, построенная для задержания пепла и почти проигравшая в этом споре с природой. Если бы стражники её не отчищали каждый день, пепел уже давно бы засыпал все поселение. Но редоранцы ею страшно гордятся.
***



Местный кузнец, между прочим, норд, что весьма необычно для данмерского поселения, после моего возвращения со стены Бастиона, глядя на меня как-то неуверенно, решился завязать разговор:
- Ты Кресция Карелия не видела?
- Нет, а что?
- Он у меня кирку упер! Не то чтобы я сильно ей дорожил, но и ему её оставлять не собираюсь.
- А ему она зачем, кругом же их навалом?
- Это необычная кирка! Словом, если вдруг его встретишь – пусть вернет.
С этими словами кузнец вернулся к наковальне, давая понять, что разговор окончен.
Где искать старого шахтера? Правильно, в шахте! Отравляюсь туда и внутри шахты застаю милую такую семейную свару. Старик Кресций опять ругается со своей женой.
Я замираю в тени, чтобы не отвлекать их и узнать причину того, что милая и сдержанная целительница уже почти визжит от раздражения. А все просто – Кресций хочет спуститься в шахту, его жена убеждает, что в его возрасте это уже небезопасно. Я с ней согласна, Кресций действительно стар, и прогулка в обвалившейся шахте для него может стать последней глупостью в этой жизни. Раздосадованный старик сплевывает на пол шахты и, отворачиваясь от жены, замечает меня.



- Чего тебе? – Раздражение почти можно руками потрогать.
- Мелори, кузнец просил вернуть его кирку.
- Она не его, скорее всего, украл её у скаалов.
- Если и так, скалы не жаловались, а тебе она не принадлежит. Так что верни.
Кресций смотрит на меня, думая о чем-то своем, потом выдает:
- Ладно, верну, но ты поможешь мне. Ты же слышала, жена меня пилит и пилит. А я уверен, что обвала в шахте не было. Мой предок пропал в шахте, а недавно, наводя порядок в доме, я нашел письмо от Восточной Имперской Кампании с просьбой осмотреть здесь, в шахте, какую-то подозрительную находку. Все это странно. Спустись в шахту, посмотри, что там творится. Я отблагодарю тебя в любом случае, но если найдешь доказательства того, что мой предок погиб в шахте не при обвале, благодарность будет щедрой.
Стою и думаю: «Делать все равно нечего, а в шахте тех пепельных уродцев точно быть не должно».
- Договорились, но сначала кирка.
- Держи.
Кирка и в самом деле необычна, рукоять из старого камня покрыта резьбой.
Иду наружу, к кузнецу, протягиваю кирку. И тут:
- Оставь её себе. – Глядя на моё недоумение, кузнец поясняет.- Просто я хотел, чтобы этому старому проныре преподали урок, что чужое брать нехорошо. Но, займись я этим сам, его отнесли бы в родовые гробницы при Храме. А ты решила это вопрос мирно – я видел, как он, живой и невредимый шел домой, да еще и напевал что-то. Кстати, а чем ты его развеселила?
- Байку смешную рассказала. – Награды не будет. Жаль. – А что за история с предком Кресция?
- Даже не вздумай лезть туда! – Кузнец не на шутку встревожился, Странно, с чего бы вдруг. – Он уже давно дураков разных туда посылает – ни один еще назад не вернулся.
- Не переживай. – Я поворачиваюсь в сторону шахты.
- Я тебя предупредил. – Кузнец вздыхает, глядя мне вслед.
Сделав пару шагов в сторону шахты, останавливаюсь и иду обратно.
- Гловер, мне нужно что-то посерьезнее железной булавы.
Кузнец пожимает плечами и отвечает:
- В умелых руках и железная булава – грозное оружие, особенно, если ты её заточить не забыла.
- Чего? – Недоверчиво гляжу на Мелори.
- Так и знал, что ты понятия об этом не имеешь. Смотри … - Кузнец берет у меня булаву.



Спустя некоторое время понимаю правоту Мелори. Но теперь другая проблема.
- А что-то покрепче шахтерской рубахи у тебя наверняка имеется. Покажи, а?
- Смотри.
Беру сыромятный доспех и такие же сапоги.
- А их ведь тоже можно укрепить. – Смотрю на кузнеца. Тот кивает головой и принимается объяснять основы ремонта брони.
В результате, под конец дня у меня есть довольно сносное оружие и хоть какая-то защита моей тушки. Знаю, кузнец возился со мной ради выгоды, ну и чтобы навыков не потерять, но все равно благодарю его. Тот смотрит на меня как-то очень серьезно:
- Может, передумаешь лезть в эту шахту? Там ведь не все так просто, из-за простого обвала шахту не закрыли бы.
Пожимаю плечами:
- Спасибо за заботу, но я все-таки рискну.
- Ну, тогда удачи тебе. – Мелори пожимает плечами в ответ.
***
В шахте нет разницы – день или ночь на поверхности, там всегда одинаково темно. Вспоминаю об этом в начале спуска, заодно и о том, что факел я не захватила. А я не каджит – в темноте ничего не вижу. В левой руке зажигаю пламя, и тут же на меня кидается злокрыс. Булава, заточенная Мелори, и в самом деле бьет гораздо сильнее. По крайней мере, злокрысу хватает пары ударов. Дальше – хуже, натыкаюсь на пауков. С ними приходится повозиться, подманивать так, чтобы оставалась возможность спрятаться от ядовитого плевка за укрытием и увернуться от прямой атаки. Но и с этим я в конце концов справляюсь. Голова кружится от попавшего таки в кровь яда, передышка позволяет прийти в себя.



Но сдаваться я пока не собираюсь. Сбиваю старые доски, отпираю дверь и спускаюсь ниже. Здесь на полу вода, стены покрыты узорами, в них ниши – как в гробнице. Странно, про такое мне никто не говорил. Мои размышления прерывает какое-то бурчание и шуршание в одной из ниш. Смотрю с изумлением, как из неё поднимается покойник.
Нет, на моей родине тоже в гробнице можно было напороться на нежить, но это не то. Высохший труп, бормоча что-то, похожее на ругательства, бодро бежит ко мне, замахиваясь топором. Еле успеваю увернуться и замечаю, что этот мертвяк – не единственный, кому мой визит спать мешает. Еще два или три мертвеца приближаются к нам с оружием наперевес. Сбежать не удастся, покойники оказались между мной и выходом, остается либо отбиваться, либо попытаться сбежать вглубь гробницы.



Проблему выбора решает ближайший мертвяк, он почти попадает по моей макушке своим топором. Остается только пытаться отбиться от атакующих. Но долго продержаться мне не удается, несколько покойников, при жизни бывших видимо хорошими воинами, это вам не безоружный сумасшедший, встретившийся мне недавно. Развязка наступает очень быстро, уже лежа на полу гробницы, в отчаянии кричу, надеясь на чудо:
- Азура, помоги!
Ответа не жду, но он приходит. Вспышка света ослепляет меня, а затем слышу, как с предсмертными хрипами валятся на пол мертвяки, и не только те, что почти прикончили меня, но и те, что просыпались дальше в гробнице.
Голос, раздающийся во тьме гробницы, не оставляет сомнений:
- Не бойся, дитя мое, ты не погибнешь здесь, твой путь будет долог. Ты еще послужишь мне. Я слежу за тобой, я жду тебя!
Лежу тихонечко на полу гробницы, радуюсь жизни, что только что была спасена Даэдра Азурой, и еще тому, что вода, заливающая пол этой самой гробницы почти горячая - считай, помылась. Соседство мертвяков даже как-то и не напрягает. Наверное, возможность умереть здесь и сейчас сильно меняет отношение к некоторым вещам. Подниматься неохота, но и дальше составлять компанию теперь уже окончательно упокоившимся мертвякам тоже удовольствие не очень. Встаю и направляюсь вглубь гробницы. А что такого? После вмешательства Азуры дальше сюрпризов быть не должно, а отыскать пропавшего предка Крессция все же стоит. Во-первых, будет награда, во-вторых, интересно. Иду дальше.
***
Серьезных проблем дальше и впрямь не было. Попалась на пути ловушка с камнями душ, настроенная на поражение молнией любопытных, но я успела сбить камни с постаментов из лука, найденного у одного из мертвяков.
В конце своего путешествия по гробнице я попала в довольно большой зал с двумя водопадами и странными вратами.



Внизу виднелись все те же мертвяки и два скелета. Пришлось спускаться вниз. Скелеты, скорее всего, принадлежали тому самому пропавшему двести лет назад Грациану Карелию, предку Крессция, и его помощнику Милию.
Из найденного дневника стало ясно, что все неприятности начались из-за меча, найденного в гробнице. Меч и в самом деле необычен, в нем ощущается сильная магия, в дневнике это тоже отмечено. Беру его в руки – тяжелый двуручник неожиданно ложится в ладонях так, словно я уже давно им владею: привычно и легко. Взмахиваю им на пробу и охаю от неожиданности – с лезвия срывается магический импульс и влетает в стену.



Следующая неожиданность – одна из каменных пластин на воротах приходит в движение. Не понимая до конца, как это работает, начинаю размахивать мечем во все стороны. С лезвия меча периодически продолжали срываться магические заряды, и это вызывает движение каменных плит на вратах. Наконец, последний заряд влетает между створками врат и они открываются. Слава Азуре, это похоже на выход!
Длинный арочный коридор с несколькими ловушками – качающимися секирами. Тут пригодилась моя способность бегать БЫСТРО. Перебегая от одной безопасной площадки до другой, я добираюсь до конца коридора и попадаю в еще один зал.



Он по размерам уступает предыдущему, но он очень необычен – площадка перед входом, в центре – бассейн, получившийся из-за просачивания воды через стены, а за ним еще одна площадка со странным сооружением: огромный камень, украшенный символическим изображением дракона, а ниже выбиты строки на непонятном языке.
Именно этот камень притягивает меня, едва я попадаю в зал, притягивает так сильно, что я иду к нему словно околдованная, не обращая внимания на такие мелочи как вода, что выше моей макушки, если просто идти по дну бассейна. Я иду вперед, к камню, не отводя от него глаз, и замечаю, что одно из слов, выбитых на его поверхности, начинает светиться и это заставляет меня уже бежать, забыв про осторожность.



Провожу рукой по надписям на камне и ощущаю, как неизвестная мне магия перетекает из него в мое тело. Она так сильна, что на какое-то время я просто выпадаю из окружающего меня мира: гаснет свет, исчезают звуки – это страшно и одновременно восхитительно. Сила наполняем меня и, кажется, что я неуязвима. А еще в голове остается понимание, что слово, прочитанное на камне, означает «Сила воплощения дракона» на драконьем языке, и сам камень называется драконьей стеной слов. И чувство сожаления, что лишь одно слово из многих, написанных на стене, стало доступно моему пониманию.



На обратном пути от стены на дне бассейна обнаруживается еще один мертвец, упокоенный волей Азуры. Он отличается от остальных и одеянием и ощутимым остатком магии, исходящей от его тела. На нем обнаруживается странная зачарованная маска, по внутренней стороне которой тонкой изящной гравировкой нанесено «Зариксош». Видимо, имя владельца.
Ну что же, пора идти дальше – искать выход и выбираться отсюда.

Глава 2.